15. Накануне 1914-го года. Русская семья в Туркестане

История семьи начинается в Средней Азии во второй половине 19-го века. В это время переселяется в Туркестан миссионер Иван Габбин. Это были годы завоевания и присоединения к Российской империи Ташкента и Самарканда, установления протектората над Бухарой и Кокандом. Но ещё более сложным и важным для империи делом стала колонизация этого края, в процессе которой и появились там переселенцы из России, одним из которых был Иван Габбин.

Надо сказать, что из русского (теперь надо уточнять, русскоязычного) населения Туркестана сложится некая русская диаспора внутри огромной империи: со своим образом жизни, своими традициями. Эти русские туркестанцы будут так же привязаны к своей новой малой родине, как французские «пье-нуары» (черноногие) и их потомки к Алжиру (вынужденные покинуть его в 1962-ом году, они и сегодня хранят память об этом трагическом расставании).

Николай Каразин, «Вступление русских войск в Самарканд 8-го июня 1868-го года» (Русский музей, Санкт-Петербург).

Автор этой картины — участник завоевания Туркестана — был не только военным и художником, но и описал в книге «С Севера на Юг» переселение русских колонистов в Среднюю Азию и среди них упомянул Ивана Габбина.

Здесь, в Самарканде родился Николай Иванович Габбин, отец Владимира. С Николая начинается семейная традиция военной службы в роду Габбиных, причём со склонностью к инженерным делам. Сам Николай Иванович дослужился до генеральского звания и оставил значительный след в истории освоения и обустройства этого региона. Только в Ташкенте он стал участником создания современной инфраструктуры города. До сих пор стоит здание бывшего трамвайного депо (теперь здесь художественная галерея), которое он проектировал и строил в 1906-ом году. В Ташкенте увидят свет шестеро детей Николая Габбина: трое сыновей и три дочери. Владимир родился в 1892-ом году.

Тогда Ташкент был ещё совершенно азиатским, мусульманским городом, образ которого сохранился только на старых открытках.

Ташкент, старый город. Ворота города.

Узбекский город: мечеть.

Первый автомобиль в Ташкенте.

Первый кинотеатр (тогда его называли «электро-театром») — «Мулен Руж».

Первый трамвай, в создании которого участвовал военный инженер Николай Габбин.

Российская армия сыграет главную роль в европеизации, а точнее, колонизации Средней Азии и Казахстана, и генерал и инженер Николай Габбин станет одним из лучших представителей этой государственной силы на новых территориях империи. Таких, как он, офицеров было немало, но немало было и других.

Очень хорошо эту новую, туркестанскую Россию описал известный писатель-путешественник Е. Марков (Россия в Средней Азии: Очерки путешествия по Закавказью, Туркмении, Бухаре, Самаркандской, Ташкентской и Ферганской областям, Каспийскому морю и Волге. — СПб., 1901):

«Русский Самарканд — такая прелесть, которой никак не ожидаешь в этой стране варварства. Широкие, отлично мощёные улицы уходят длинными перспективами направо и налево, пересекая друг друга с геометрическою правильностью. Это даже не улицы, а тенистые аллеи, дышащие прохладой, журчащие ручьями. Тополя-гиганты, каких мы не знаем в России, тенистыми зелёными полками провожают в несколько рядов оба тротуара улицы, не пропуская внутрь её боковых лучей утреннего солнца, и у корней этих зелёных колоссов с весёлым лепетом бегут неизбежные здесь арыки, без которых в Туркестане невозможна никакая растительность, никакая жизнь.

Чистота и порядок везде. Сейчас видно, что всем распоряжается здесь, всё здесь создала и создаёт — и этот порядок и эту чистоту — военная сила. Она тут и мостит, и строит, и насаждает, и обводняет. Я давно пришёл к тому убеждению, что русский человек — удивительный человек, если его держать в строгой дисциплине. Англичанин, совершенно наоборот, удивителен везде, где он может проявить свою личность и свободу инициативы. Наши русские монахи и солдаты — лучший пример этому. Неопрятное вольное русское хозяйство обращается в чистоплотную голландскую ферму где-нибудь в Соловецком монастыре, под железною ферулою иноческого послушанья, а что может сделать наш солдатик по приказу начальства — хорошо знают все, кто посещал наши восточные окраины, цивилизуемые российским воинством».

https://rus-turk.livejournal.com/253272.html

Георгий передал нам отрывок из воспоминаний его тёти — сестры Владимира Габбина о родительском доме в годы их детства:

«Детство детей семьи Габбиных прошло в Ташкенте на Шахрезябской улице в большом доме, окружённом фруктовым садом. В семье было несколько слуг — горничная, кухарка, повар, садовник-узбек и солдат-денщик. Для воспитания детей была приглашена француженка-гувернантка мадемуазель Годар, а игрой на фортепиано девочек обучала известная музыкантша Софья Вонсовская».

Владимир Габбин, наверное, на всю жизнь сохранил воспоминания о детстве в Ташкенте как воспоминания об утраченном рае.

Любопытно, что три сестры станут после революции профессиональными музыкантами (как и многие молодые девушки из аристократии, превратившиеся в работниц советской культуры).

Женская гимназия в Ташкенте, в которой, возможно, учились сёстры.

В 1911-ом году после окончания Ташкентского кадетского корпуса и военного училища Владимир Габбин начал службу в Туркестанском военном округе в первом офицерском чине.

Владимир — юнкер — с сёстрами Ниной и Валентиной.